Трифон

У Григория Семеновича Щеглова заломило в пояснице. Он проснулся и заворочался в постели. — Настюша! — зашептал он, — возьми-ка, мать, спиртику и натри-ка мне спинозу! Ответа не последовало. Щеглов зашарил около себя руками и не нашел никого. Постель, если не считать самого Щеглова, была пуста. «Где же она?» — подумал он. — Настя! Настенька! И на этот раз не последовало ответа. Послышалось только стучанье сторожа в колотушку да треск тухнувшей лампадки. Щеглов, предчувствуя недоброе, вытер на лбу холодный пот и вскочил с постели. Было три часа ночи — время, в которое Настя спала обыкновенно крепким сном ребенка. Не спать …